Ленин и печник. Черновая рукопись Твардовского
…Скрылась хата за пригорком,
Мчатся санки прямиком.
Поворот, усадьба Горки,
Сад, подворье, белый дом.
В доме пусто, нелюдимо,
Ни котёнка не видать.
Тянет стужей, пахнет дымом –
Ну овин – ни дать ни взять.
Мастер чешет свой затылок:
“Ленин в бедности живёт?
Это я понять не в силах...”
Государственный расчёт!
Златоглавый, красногрудый,
Судьбоносный Кремль далёк,
И по воле чьей-то грубой
В Горках киснет старичок.
Ильича уже в икону
Обратили, в глушь услав.
Жизнь бурлит в Москве бессонно.
Кто сильнее, тот и прав.
Лысый вождь отныне – лишний.
В Горки, прочь его, в овин.
Ус топорщит чёрный, пышный,
Улыбается грузин.
24. 08. 2009
Мчатся санки прямиком.
Поворот, усадьба Горки,
Сад, подворье, белый дом.
В доме пусто, нелюдимо,
Ни котёнка не видать.
Тянет стужей, пахнет дымом –
Ну овин – ни дать ни взять.
Мастер чешет свой затылок:
“Ленин в бедности живёт?
Это я понять не в силах...”
Государственный расчёт!
Златоглавый, красногрудый,
Судьбоносный Кремль далёк,
И по воле чьей-то грубой
В Горках киснет старичок.
Ильича уже в икону
Обратили, в глушь услав.
Жизнь бурлит в Москве бессонно.
Кто сильнее, тот и прав.
Лысый вождь отныне – лишний.
В Горки, прочь его, в овин.
Ус топорщит чёрный, пышный,
Улыбается грузин.
24. 08. 2009
Метки: